GALLERY [?????? ? ??????? ??????? ???????????]

Если не умеешь играть в шахматы - дай противнику доской по голове; если не способен талантливо снять кино – просто придумай что-то, от чего зрителя действительно передернет. Какой-нибудь эпизод, действующий на психику безотказно. Слеза ребенка? Хорошо, но старовато. Убийство родителей на глазах детей? Уже лучше, но слишком заезжено. А если так: убийство и последующее расчленение очаровательной маленькой девочки? На пухленькой ручке мамин браслетик, рядом любимый мишка, а ее киркой по лбу, а братик на это смотрит? А? Правда же, то, что нужно, очень сильный и продуманный ход? Не ждите, что режиссер вас пощадит. Все перечисленное не покажут сразу, а благоразумно растянут на остальные полтора часа. Так как, разумеется, чудовищная смерть сестры будет мерещиться молодому Лектеру (Гаспар Ульель) в ночных кошмарах на протяжении всего фильма.

Прибавьте еще вой снарядов, мерзкий скрип снега, до дрожи знакомые каски «немецко-фашистских захватчиков», фразы типа «жида расстрелять» и «ты цыган? в расход!» и вы в очередной раз поймете, каким образом даже очень плохое кино может запасть в нежную зрительскую душу.
Дальнейший сюжет весьма прост, понятен и знаком. Гибель Миши дает Лектеру повод освободить дремавшие в нем специфические инстинкты. Но чем основательнее месть становится смыслом жизни героя, тем меньше этого смысла достается зрителю.
Бог с ними, с литовскими партизанами-извергами (хотя не будет ничего удивительного, если власти Литвы подадут на создателей фильма в суд). Ладно, пусть юный Лектер действительно сподобился сбежать из молодой советской республики и пешком дойти до городу Парижу – все бывает. Пускай даже его тетушкой оказалась японка (китаянка Ли Гонг из «Мемуаров гейши»), которая привила ему любовь к изящному и азы обращения с самурайским мечом. Зрители готовы, оказывается, терпеть и это.
Но когда Лектер запросто едет в советскую Литву, прямиком направляется в свое бывшее имение, в прилегающем лесном массиве спокойно душит бывшего партизана, а ныне сотрудника НКВД, и так же плавно пересекает границу в обратном направлении, то тут зрители, уже оправившиеся от смерти Миши, начинают хихикать. Впрочем, благодаря этой сцене мы понимаем, почему Лектера так долго не могли поймать американские спецслужбы – доктор натренировался на советских чекистах, это многого стоит.
Вся дальнейшая деятельность Лектера – это применение полученных медицинских (он учится в соответствующем институте) и кулинарных (повар тети – француз) навыков исключительно в целях мести и членовредительства. В общем, как и всегда. Конечно, следить за его приключениями любопытно – он красив (правда, когда он начинает зачесывать волосы назад, то приобретает неприятное сходство с Меровингом из «Матрицы»), хладнокровен, нечеловечески терпелив (сидит одетый в работающей сауне, караулит партизан), носит холодное оружие на спине на японский манер и тайно влюблен в тетю.

Он даже щадит женщин и детей и чуток к любой несправедливости. Говорит мало, в основном, одно и то же. Когда он в третий раз произносит фразу о съеденной сестре, хочется сдать его французской полиции.
В общем, вышел бойкий, несуразный и неаппетитный триллер о красивом, благородном и талантливом юноше с мозгами набекрень. Создатели (включая и автора романа Томаса Харриса) очень старались притянуть нового попсового Ганнибала к образу, ставшему уже классическим. Они подсовывали нам японские маски, похожие на ту, знаменитую, больничную, они населяли леса кабанами, с которыми доктор много лет спустя встретится в фильме Ридли Скотта. Но в результате получилась такая пошлятина, которую, рискнем предположить, сам доктор Лектер совсем бы не одобрил. Со всеми вытекающими последствиями.